Неточные совпадения
В сей утомительной прогулке
Проходит час-другой, и вот
У Харитонья в переулке
Возок пред домом у ворот
Остановился. К старой тетке,
Четвертый год больной в чахотке,
Они приехали теперь.
Им настежь отворяет дверь,
В очках, в изорванном кафтане,
С чулком в руке, седой калмык.
Встречает их в гостиной крик
Княжны, простертой
на диване.
Старушки с плачем обнялись,
И восклицанья полились.
Да и в словесных науках они, как видно, не далеко уходили…» — Тут
на минуту Кошкарев
остановился и сказал: — В этом месте, плут… он немножко кольнул вас.
Не успела бричка совершенно
остановиться, как он уже соскочил
на крыльцо, пошатнулся и чуть не упал.
Бричка, въехавши
на двор,
остановилась перед небольшим домиком, который за темнотою трудно было рассмотреть.
Растворялись окна в комнатах, и часто владетель картинного поместья долго ходил по темным излучинам своего сада и
останавливался по часам перед пленительными видами
на отдаленья.
— Да что ж тебе? Ну, и ступай, если захотелось! — сказал хозяин и
остановился: громко, по всей комнате раздалось храпенье Платонова, а вслед за ним Ярб захрапел еще громче. Уже давно слышался отдаленный стук в чугунные доски. Дело потянуло за полночь. Костанжогло заметил, что в самом деле пора
на покой. Все разбрелись, пожелав спокойного сна друг другу, и не замедлили им воспользоваться.
Смотря долго
на имена их, он умилился духом и, вздохнувши, произнес: «Батюшки мои, сколько вас здесь напичкано! что вы, сердечные мои, поделывали
на веку своем? как перебивались?» И глаза его невольно
остановились на одной фамилии: это был известный Петр Савельев Неуважай-Корыто, принадлежавший когда-то помещице Коробочке.
Губернаторша, сказав два-три слова, наконец отошла с дочерью в другой конец залы к другим гостям, а Чичиков все еще стоял неподвижно
на одном и том же месте, как человек, который весело вышел
на улицу, с тем чтобы прогуляться, с глазами, расположенными глядеть
на все, и вдруг неподвижно
остановился, вспомнив, что он позабыл что-то и уж тогда глупее ничего не может быть такого человека: вмиг беззаботное выражение слетает с лица его; он силится припомнить, что позабыл он, — не платок ли? но платок в кармане; не деньги ли? но деньги тоже в кармане, все, кажется, при нем, а между тем какой-то неведомый дух шепчет ему в уши, что он позабыл что-то.
Когда проносился мимо его богач
на пролетных красивых дрожках,
на рысаках в богатой упряжи, он как вкопанный
останавливался на месте и потом, очнувшись, как после долгого сна, говорил: «А ведь был конторщик, волосы носил в кружок!» И все, что ни отзывалось богатством и довольством, производило
на него впечатление, непостижимое им самим.
Колымага, сделавши несколько поворотов из улицы в улицу, наконец поворотила в темный переулок мимо небольшой приходской церкви Николы
на Недотычках и
остановилась пред воротами дома протопопши.
Плюшкин увидел, точно, четвертку и
на минуту
остановился, пожевал губами и произнес...
— Как в цене? — сказал опять Манилов и
остановился. — Неужели вы полагаете, что я стану брать деньги за души, которые в некотором роде окончили свое существование? Если уж вам пришло этакое, так сказать, фантастическое желание, то с своей стороны я передаю их вам безынтересно и купчую беру
на себя.
Селифан, не видя ни зги, направил лошадей так прямо
на деревню, что
остановился только тогда, когда бричка ударилася оглоблями в забор и когда решительно уже некуда было ехать.
Он
на пороге
остановился: ему хотелось пожать мне руку… и если б я показал ему малейшее
на это желание, то он бросился бы мне
на шею; но я остался холоден, как камень, — и он вышел.
Я взял со стола, как теперь помню, червонного туза и бросил кверху: дыхание у всех
остановилось; все глаза, выражая страх и какое-то неопределенное любопытство, бегали от пистолета к роковому тузу, который, трепеща
на воздухе, опускался медленно; в ту минуту, как он коснулся стола, Вулич спустил курок… осечка!
Казбич
остановился в самом деле и стал вслушиваться: верно, думал, что с ним заводят переговоры, — как не так!.. Мой гренадер приложился… бац!.. мимо, — только что порох
на полке вспыхнул; Казбич толкнул лошадь, и она дала скачок в сторону. Он привстал
на стременах, крикнул что-то по-своему, пригрозил нагайкой — и был таков.
Наконец он
остановился, будто прислушиваясь к чему-то, присел
на землю и положил возле себя узел.
Я
на минуту
остановился в передней, чтоб снять галоши.
На лице ее не было никаких признаков безумия; напротив, глаза ее с бойкою проницательностью
останавливались на мне, и эти глаза, казалось, были одарены какою-то магнетическою властью, и всякий раз они как будто бы ждали вопроса.
Вот смотрю: из леса выезжает кто-то
на серой лошади, все ближе и ближе, и, наконец,
остановился по ту сторону речки, саженях во ста от нас, и начал кружить лошадь свою как бешеный.
— Ваше благородие, — сказал наконец один, — ведь мы нынче до Коби не доедем; не прикажете ли, покамест можно, своротить налево? Вон там что-то
на косогоре чернеется — верно, сакли: там всегда-с проезжающие
останавливаются в погоду; они говорят, что проведут, если дадите
на водку, — прибавил он, указывая
на осетина.
Спустясь в один из таких оврагов, называемых
на здешнем наречии балками, я
остановился, чтоб напоить лошадь; в это время показалась
на дороге шумная и блестящая кавалькада: дамы в черных и голубых амазонках, кавалеры в костюмах, составляющих смесь черкесского с нижегородским; впереди ехал Грушницкий с княжною Мери.
Подъехав к подошве Койшаурской горы, мы
остановились возле духана. [Духан — харчевня, трактир, мелочная лавка.] Тут толпилось шумно десятка два грузин и горцев; поблизости караван верблюдов
остановился для ночлега. Я должен был нанять быков, чтоб втащить мою тележку
на эту проклятую гору, потому что была уже осень и гололедица, — а эта гора имеет около двух верст длины.
Вот хоть княжна: вчера ее глаза пылали страстью,
останавливаясь на мне, нынче они тусклы и холодны…
— Здесь нечисто! Я встретил сегодня черноморского урядника; он мне знаком — был прошлого года в отряде; как я ему сказал, где мы
остановились, а он мне: «Здесь, брат, нечисто, люди недобрые!..» Да и в самом деле, что это за слепой! ходит везде один, и
на базар, за хлебом, и за водой… уж видно, здесь к этому привыкли.
И много других подобных дум проходило в уме моем; я их не удерживал, потому что не люблю
останавливаться на какой-нибудь отвлеченной мысли.
Я
остановился, запыхавшись,
на краю горы и, прислонясь к углу домика, стал рассматривать живописную окрестность, как вдруг слышу за собой знакомый голос...
Вот наконец мы взобрались
на Гуд-гору,
остановились и оглянулись:
на ней висело серое облако, и его холодное дыхание грозило близкой бурею; но
на востоке все было так ясно и золотисто, что мы, то есть я и штабс-капитан, совершенно о нем забыли…
Оба
остановились, и оба с минуту глядели друг
на друга, как бы меряясь.
Там была свобода и жили другие люди, совсем непохожие
на здешних, там как бы самое время
остановилось, точно не прошли еще века Авраама и стад его.
Женщина, увидев незнакомого, рассеянно
остановилась перед ним,
на мгновение очнувшись и как бы соображая: зачем это он вошел?
В раздумье
остановился он перед дверью с странным вопросом: «Надо ли сказывать, кто убил Лизавету?» Вопрос был странный, потому что он вдруг, в то же время, почувствовал, что не только нельзя не сказать, но даже и отдалить эту минуту, хотя
на время, невозможно.
У него был еще складной садовый ножик; но
на нож, и особенно
на свои силы, он не надеялся, а потому и
остановился на топоре окончательно.
Согласитесь сами, что, припоминая ваше смущение, торопливость уйти и то, что вы держали руки, некоторое время,
на столе; взяв, наконец, в соображение общественное положение ваше и сопряженные с ним привычки, я, так сказать, с ужасом, и даже против воли моей, принужден был
остановиться на подозрении, — конечно, жестоком, но — справедливом-с!
На Кире Персидском
остановились.
Человек
остановился на пороге, посмотрел молча
на Раскольникова и ступил шаг в комнату. Он был точь-в-точь как и вчера, такая же фигура, так же одет, но в лице и во взгляде его произошло сильное изменение: он смотрел теперь как-то пригорюнившись и, постояв немного, глубоко вздохнул. Недоставало только, чтоб он приложил при этом ладонь к щеке, а голову скривил
на сторону, чтоб уж совершенно походить
на бабу.
Но и подумать нельзя было исполнить намерение: или плоты стояли у самых сходов, и
на них прачки мыли белье, или лодки были причалены, и везде люди так и кишат, да и отовсюду с набережных, со всех сторон, можно видеть, заметить: подозрительно, что человек нарочно сошел,
остановился и что-то в воду бросает.
Дунечка
остановилась было
на пороге, не понимая, для чего ее приглашают смотреть, но Свидригайлов поспешил с разъяснением...
Когда он ходил в университет, то обыкновенно, — чаще всего, возвращаясь домой, — случалось ему, может быть, раз сто,
останавливаться именно
на этом же самом месте, пристально вглядываться в эту действительно великолепную панораму и каждый раз почти удивляться одному неясному и неразрешимому своему впечатлению.
Он пошел домой; но, дойдя уже до Петровского острова,
остановился в полном изнеможении, сошел с дороги, вошел в кусты, пал
на траву и в ту же минуту заснул.
Вдруг послышалось, что в комнате, где была старуха, ходят. Он
остановился и притих, как мертвый. Но все было тихо, стало быть померещилось. Вдруг явственно послышался легкий крик или как будто кто-то тихо и отрывисто простонал и замолчал. Затем опять мертвая тишина, с минуту или с две. Он сидел
на корточках у сундука и ждал, едва переводя дух, но вдруг вскочил, схватил топор и выбежал из спальни.
Видите, барыни, —
остановился он вдруг, уже поднимаясь
на лестницу в нумера, — хоть они у меня там все пьяные, но зато все честные, и хоть мы и врем, потому ведь и я тоже вру, да довремся же, наконец, и до правды, потому что
на благородной дороге стоим, а Петр Петрович… не
на благородной дороге стоит.
Раскольников говорил громко и указывал
на него прямо рукой. Тот услышал и хотел было опять рассердиться, но одумался и ограничился одним презрительным взглядом. Затем медленно отошел еще шагов десять и опять
остановился.
«Чем, чем, — думал он, — моя мысль была глупее других мыслей и теорий, роящихся и сталкивающихся одна с другой
на свете, с тех пор как этот свет стоит? Стоит только посмотреть
на дело совершенно независимым, широким и избавленным от обыденных влияний взглядом, и тогда, конечно, моя мысль окажется вовсе не так… странною. О отрицатели и мудрецы в пятачок серебра, зачем вы
останавливаетесь на полдороге!
Раскольников пошел прямо и вышел к тому углу
на Сенной, где торговали мещанин и баба, разговаривавшие тогда с Лизаветой; но их теперь не было. Узнав место, он
остановился, огляделся и обратился к молодому парню в красной рубахе, зевавшему у входа в мучной лабаз.
В ту минуту, когда все трое, Разумихин, Раскольников и она,
остановились на два слова
на тротуаре, этот прохожий, обходя их, вдруг как бы вздрогнул, нечаянно
на лету поймав слова Сони: «и спросила: господин Раскольников где живет?» Он быстро, но внимательно оглядел всех троих, в особенности же Раскольникова, к которому обращалась Соня; потом посмотрел
на дом и заметил его.
Я даже вот уверен, что вы «страданье надумаетесь принять»; мне-то
на слово теперь не верите, а сами
на том
остановитесь.
Порфирий Петрович несколько мгновений стоял, как бы вдумываясь, но вдруг опять вспорхнулся и замахал руками
на непрошеных свидетелей. Те мигом скрылись, и дверь притворилась. Затем он поглядел
на стоявшего в углу Раскольникова, дико смотревшего
на Николая, и направился было к нему, но вдруг
остановился, посмотрел
на него, перевел тотчас же свой взгляд
на Николая, потом опять
на Раскольникова, потом опять
на Николая и вдруг, как бы увлеченный, опять набросился
на Николая.
И, однако ж, в стороне, шагах в пятнадцати,
на краю бульвара,
остановился один господин, которому, по всему видно было, очень бы хотелось тоже подойти к девочке с какими-то целями.
Он
останавливался на каждой площадке и осматривался с любопытством.